Реклама


Холдинг-терапия на практике. Часть 2

Холдинг-терапия на практике. Часть 2

ЧАСТЬ 1

Перейдем  теперь к более подробному описанию той модификации холдинг-терапии, которая сложилась в нашей практике.

Опыт  проведения холдинг-терапии показал, что методика холдинга в ее традиционном виде «конфронтация — сопротивление — разрешение» недостаточно эффективна при длительном применении. Сопротивление ребенка существенно уменьшается, а иногда и совсем исчезает в течение первых двух недель терапии, и, таким образом, он все больше времени проводит на руках у родителей в состоянии эмоционального комфорта, готовый к активному контакту. Однако не все родители могут сами спонтанно найти те занятия и виды взаимодействия, которые он готов принять после того, как исчезло его сопротивление. А для эмоционального развития ребенка очень важно максимально использовать именно то время, когда он хорошо контактирует с близкими.

Обучение  родителей способам эмоционального взаимодействия с ребенком в игре, совместном рисовании, чтении является задачей специалиста, ведущего холдинг-терапию. Эта работа всегда проводится и вне холдинг-терапии, так как является необходимой частью всей системы коррекции, описанной в данной книге. Необходимо подчеркнуть, что наш коррекционный подход ориентирован на преодоление эмоционального недоразвития аутичного ребенка, без чего невозможно развитие его интеллекта, получение им социальных навыков. Поэтому родители, как и специалисты, постепенно осваивают способы «эмоционального присоединения» к ребенку: меняя воздействие среды, они помогают ему осознавать, эмоционально переживать смысл всех происходящих с ним событий. Холдинг-терапия дает возможность ускорить эту работу, сделать ее более интенсивной.

Итак, по мере того, как смягчается и уходит сопротивление ребенка, большую часть времени холдинга начинают занимать игры, сказки и песни. При этом специалист, ведущий холдинг, помогает родителям подобрать необходимый по сложности материал, ориентируясь на уровень эмоционального и интеллектуального развития ребенка. Так, например, в случае первой и второй группы необходимо вспомнить все «младенческие» игры: «ладушки», «сороку-ворону», «каравай», «поехали-поехали, в ямку — бух», упрощенный вариант игры в прятки (когда мама закрывает ладонями свои глаза или глазки ребенка: «спрятались глазки — а вот они!»). Ориентируясь на интерес ребенка, мы вспоминаем стихи А. Барто, К. Чуковского, Б. Заходера, сказки, вначале короткие, ритмичные («Колобок», «Теремок», «Репка»), затем — более сложные, с приключениями («Кот, Лиса и Петух», «Заячья избушка», «Три поросенка» и т. п.).

Очень помогают развитию речи песни, которые  поют ребенку мама с папой, поэтому мы всегда просим родителей петь как можно больше, независимо от того, хороший ли у них слух и голос. Необязательно петь те песни, которые традиционно считаются детскими,— пусть мама с папой поют те песни, которые любят сами.

С ребенком третьей или четвертой группы возможны долгие разговоры о том, что с ним происходило в течение дня, о запомнившихся ему событиях; можно вместе помечтать о будущем лете, обсудить поведение друзей и родственников, почитать сказку «с продолжением», иногда осторожно поговорить о какой-то проблеме, которую хотелось бы преодолеть.

Видеть  перспективу развития, менять темы для беседы, подбирать новые стихи, песни, сказки, игры помогают определение группы детского аутизма и знание дальнейшей логики эмоционального развития аутичного ребенка.

Особое  внимание на холдинге, так же как  и при любой другой работе с таким ребенком, уделяется развитию его понимания, осознания им окружающего мира, т. е. формированию у него системы эмоциональных смыслов. Ребенку любой из четырех групп необходимы рассказы про него самого, про то, что происходит с ним в течение дня, про то, что было вчера, в прошлом году, много лет назад, когда он был совсем маленьким. Рассказывать об этом ребенку можно, опираясь на приятные ему эмоциональные детали, обыгрывая все фрагменты рассказа, стараясь заразить ребенка своими эмоциями. Позже, читая ему сказку, надо стараться находить связь между ее содержанием и деталями его жизни, быта всей семьи, вспоминать любимые и хорошо ему знакомые подробности. Например, пересказывая «Репку», один талантливый папа говорил: «Позвали Жучку.— Помнишь Жучку, что у нас в деревне живет? — Помогает Жучка репку тащить. А потом позвали кошку. Дедка — за репку, бабка—за дедку, внучка — за бабку, Жучка за внучку, а кошка... — А у нашей Жучки, что в деревне живет, хвостика нету! Пришлось кошке тянуть ее за ножку».

В играх, песнях, стихах важно провоцировать  ребенка на подражание действию, мимике, речи взрослого. Даже если это подражание вначале абсолютно механическое, ребенок усваивает форму реакции взрослого. Осваивая пластику, интонацию, мимику мамы и папы, перенимая их речевые шаблоны, ребенок постепенно вырабатывает собственные способы реагирования, становится более самостоятельным в контакте.

Ребенка с тяжелым недоразвитием речи следует также провоцировать на вокальное, словесное подражание, договаривание слов в знакомых стихах (когда родители оставляют паузу в конце строфы), допевание знакомых песен. Ребенка со стереотипной речью надо вовлекать в совместный пересказ запомнившихся событий, эмоционально ярких впечатлений. При этом взрослые должны стараться использовать его непроизвольные реакции: так, пересказывая что-то отцу, мать оставляет для ребенка паузы, провоцируя его на договаривание (так же, как в стихах и песнях).

Это далеко не полный перечень тех видов коррекционного взаимодействия, которое родители развивают во время холдинга после того, как преодолевается сопротивление ребенка. Так, в нашей практике «классическая» методика холдинга дополняется еще одной составной частью, в рамках которой отрабатываются необходимые аутичному ребенку формы позитивного эмоционального взаимодействия со взрослыми.

По  нашему мнению, холдинг и должен оказывать воздействие в двух направлениях.

Первое из них — это преобразование, «перемалывание» негативных аффектов, снятие аффективного напряжения, возбуждения, тревоги, страха, уменьшение агрессивности и негативизма. Эти проблемы решаются во время «классического» холдинга при преодолении сопротивления ребенка.
Другое направление — это разработка новых форм эмоционального контакта, провоцирующих ребенка на подражание, развивающих его способность к сопереживанию и эмоциональному осмыслению всех событий его жизни.

Сочетание этих двух компонентов, которые мы условно  назвали «очищающим» и «развивающим», и обеспечивает длительную эффективность холдинг-терапии. Первая, «очищающая», часть создает определенный уровень стресса, день за днем пробивающего аутистический барьер, что стимулирует развитие ребенка. Вторая часть холдинга придает этому развитию конкретные формы, насыщает его положительными эмоциями, дает возможность вырабатывать новые формы контакта с ребенком.

Дозировать  эти два компонента холдинга мы можем, ориентируясь на степень сформированное™ эмоциональной сферы ребенка, на его конкретное аффективное состояние, наиболее актуальные проблемы развития. Желательно поэтому, чтобы холдинг-терапию вел педагог или психолог, имеющий опыт коррекционной работы с аутичными детьми.

Задачами специалиста, ведущего холдинг-терапию, являются:

  1. — подготовка семьи к холдинг-терапии, ознакомление родителей с сутью и техникой метода. Специалист должен быть убежден в эмоциональной готовности родителей проводить терапию;
  2. — поддержка  семьи во время «очищающей» фазы холдинга, причем специалист вдохновляет мать, сдерживает ее гнев и отчаяние, организует помощь отца, передает родителям «сигналы» от ребенка, которые они не понимают или не замечают, в случае необходимости «суфлирует» родителям, помогает им находить нужные слова, правильно реагировать в той или иной ситуации;
  3. — проработка аффективных проблем ребенка. Родителям  необходимо подсказать, научить их, как справляться с агрессией и самоагрессией ребенка, как преодолевать навязчивости и негативные влечения, справляться с чрезмерным возбуждением (этим проблемам посвящены соответствующие разделы данной книги);
  4. — определение ближайших перспектив «развивающей» фазы холдинга.


Существует, однако, ряд обстоятельств, при наличии  которых проведение холдинг-терапии становится крайне нежелательным. По нашему мнению, это:

наличие  у родителей или ребенка тяжелых  соматических (острых или хронических) заболеваний. Специалист, ведущий холдинг-терапию, должен предупредить родителей о том, что большая физическая и эмоциональная нагрузка во время холдинга может привести к обострению хронических заболеваний. Изучая историю развития ребенка, следует обратить особое внимание на наличие судорожных приступов. В подобных случаях следует отказаться от холдинг-терапии, прибегнув к более постепенным и щадящим способам эмоциональной коррекции;

невозможность участия отца. Сюда относится и ситуация не полной семьи, и просто категорический отказ отца от участия в холдинг-терапии. В обоих случаях ее проведение нежелательно. По нашему опыту, ни бабушка, ни дедушка, ни любой другой родственник не могут выдержать ту нагрузку, с которой справляется отец, одно временно поддерживая маму (физически и морально) и помогая ей удерживать ребенка; сопротивление родителей, их эмоциональная неготовность к холдинг-терапии. Специалист, по нашему мнению, не должен заставлять родителей начинать холдинг «через силу», так как этот метод — далеко не панацея и не единственная форма помощи семье аутичного ребенка.

Специалист, работающий с аутичным ребенком, ни в коем случае не должен делать холдинг сам, так как при этом ребенок привязывается к нему больше, чем к матери, к родителям, что лишь усугубляет проблемы семьи. Нельзя также пытаться помогать маме удерживать ребенка, заменяя на холдинге отца. Однако это не означает, что на индивидуальных занятиях с ребенком педагогу нельзя брать его на руки, кружить, качать, подбрасывать на коленях. Все это — необходимые элементы занятий, но педагогу нельзя удерживать ребенка насильно, пытаться выполнить холдинг в полном объеме.

Нашу  модификацию холдинг-терапии мы применяли в работе с 18 семьями, имеющими аутичных детей. Это были, как правило, глубоко аутичные дети первой или второй группы (кроме одного ребенка третьей группы и одного ребенка четвертой группы) в возрасте от трех до девяти лет. Во всех случаях использования холдинг-терапии, кроме одного, результаты можно расценить как положительные, независимо от продолжительности ее применения. В единственном случае, когда первый сеанс холдинга не был доведен до конца и на втором родители также отпустили ребенка, не добившись его физического и эмоционального расслабления, холдинг привел к негативным последствиям: усилению агрессии, расторможенности, регрессу поведения в целом. Этот случай явился для нас тяжелым уроком, подтверждающим необходимость учета всех противопоказаний, и, прежде всего, свидетельствующим о недопустимости прерывания первого сеанса холдинга. Необходимо помнить, что, каким бы тяжелым ни было сопротивление ребенка, рано или поздно оно иссякнет. Ведущий холдинг должен помнить об этом и добиваться, чтобы родители отпустили ребенка только в состоянии полного эмоционального комфорта.

В тех случаях, когда холдинг применяли  недолго (от одного раза до 2-3 месяцев), результаты терапии всегда были позитивными, но нестойкими: после прекращения занятий ребенок постепенно возвращался к исходному состоянию. О стойких положительных результатах мы могли говорить лишь примерно через год. За это время родители, как правило, осваивали методику в такой степени, что уже могли использовать ее достаточно свободно и творчески, а в эмоциональном состоянии ребенка достигалась  определенная стабильность. Однако, по нашему опыту, чтобы добиться устойчивого прогресса в развитии исходно глубоко аутичного ребенка холдинг-терапию необходимо проводить не менее трех лет.

Итак, мы наблюдали следующие проявления положительного действия холдинг-терапии:

  • уменьшение, смягчение аутизма,
  • установление более тесного эмоционального контакта между ребенком и родителями.


Практически во всех случаях родители отмечали, что ребенок теперь чаще смотрит в глаза, больше хочет быть рядом с ними, а не в одиночестве. Примерно в половине случаев мамы говорили о том, что ребенок стал проявлять инициативу в контакте. Многие родители рас
сказывали, что ребенок постоянно «пристает», требует к себе внимания, «заигрывает». Все дети стали больше контактировать и с другими членами семьи.

В восьми случаях мамы говорили, что ребенок «перестал отпускать меня из дома», в четырех — что стал ждать с работы папу, бежит встречать его в прихожую. Практически все дети меньше стремились уединиться, напротив, хотели находиться в той же комнате, где мама или другие близкие люди; смягчение сверхчувствительности многих детей, уменьшение  связанных с ней страхов. Так, например, после первых двух сеансов холдинга пятилетняя девочка впервые спокойно позволила маме расчесать ей волосы и заплести косу. Эта же девочка, боявшаяся собак, через месяц холдинг-терапии спокойно подошла на улице к  собаке (правда, маленькой), погладила и даже постаралась заглянуть ей в глаза. Все дети стали чаще смотреть в глаза не только близким, но и чужим людям, с которыми сталкивались в транспорте, приходящим в гости и др.

Двое детей стали терпимо относиться к стрижке ногтей, один ребенок — к посещению парикмахерской.

О троих детях мамы говорили, что с ними стало легче ездить в транспорте, заходить в магазин или другие людные места; практически все родители отмечали возросшую активность детей, проявление или усиление интереса к окружающему, их возросшее любопытство.

Многие родители говорили, что после холдинга ребенок смотрит на них, «как будто в первый раз видит», начинает обследовать, ощупывать лицо мамы, гладить волосы. Вне холдинга дети начинали изучать свою комнату, всю квартиру.

Одна из мам жаловалась на то, что с ребенком невозможно стало ходить в гости: он обследует все комнаты, залезает без разрешения во все шкафы, выдвигает все ящики. Другой пятилетний мальчик стал приглядываться к тому, чем занимается мама, пытаться помогать ей, стирать и готовить, заглядывая при этом в каждую кастрюлю, в шкаф, где хранились крупы, в холодильник.

Многие дети стали проявлять интерес к незнакомым людям: одиннадцать из них начали наблюдать за другими детьми, за их игрой на детской площадке; пятеро пытались по-своему общаться с ними: участвовали в общей беготне.

Двое впервые стали проявлять инициативу в контактах с другими детьми: подходили к ребенку, тянули его за руку, затевали беготню; все дети примерно через две недели холдинг-терапии проявили большее желание и возможность взаимодействовать с другими
людьми.

Обо всех детях родители говорили, что они «стали более отзывчивыми»: менее отрешенными, лучше слушающими, выполняющими простые просьбы. Шестеро детей впервые на руках у родителей стали слушать сказки, песни, стихи. Вне холдинга пятеро
детей начали проявлять интерес к тем играм, которые предлагал им взрослые или другие дети; стали больше наблюдать и слушать,  иногда включаться в игру или рисование — спонтанно или по просьбе взрослого; обо всех детях говорили, что они стали менее капризны» более послушными.

Про одного ребенка рассказали, что он прекратил «устраивать истерики», кричать и валиться на пол, когда мама входила с ним в магазин, в троллейбус или не выполняла немедленно какого-то его требования.

У троих детей исчезли (за несколько месяцев) проявления самоагрессии. Характерно, что агрессивные проявления, наблюдавшиеся в поведении семерых детей до начала холдинг-терапии, позже возникали только иногда во время холдинга и совсем не наблюдались в другое время; у всех детей появилось стремление к большей самостоятельности, что было видно после 4-6 месяцев занятий.

Надо отметить, что у большинства детей прогресс в развитии бытовых навыков, навыков самообслуживания был связан именно с возросшим стремлением к самостоятельности. Наши наблюдения показывают, что через полгода-год холдинг-терапии (а в некоторых случаях гораздо раньше) возросшая контактность, включенность ребенка в ситуацию и появившееся стремление к самостоятельности позволяют в короткий  срок отработать и закрепить практически  любой навык, связанный с самообслуживанием, помощью по дому и т. п.; у большинства детей стал заметен прогресс в развитии речи.

Причем, по нашим наблюдениям, первичным был прогресс в развитии внутренней речи ребенка, что проявлялось в возросшей способности слушать стихи, рассказы о нем самом, которые родители придумывали во время холдинга, а затем и сказки. Внимание к тому, что рассказывают родители, становилось все более протяженным; ребенок начинал давать адекватную эмоциональную реакцию (хмурился, когда «появлялся серый волк», смеялся, когда родители говорили о его собственных шалостях, и т. п.).

Если  ребенок начинал на холдинге подражать мимике и артикуляции родителей и выполнял по их просьбе в игре действия, имитирующие чье-то поведение («Покажи козу рогатую», «Сделай, как Мишка косолапый, ногою "топ"», «Как мама делает "но-но-но"»), то можно было рассчитывать на то, что вскоре он проявит инициативу и в речи. Динамика развития речи была разной, в зависимости от того, говорил ли ребенок раньше или нет. Детям, речь которых нормально развивалась до двух-трех лет, а затем регрессировала (пятеро детей), достаточно было нескольких сеансов холдинга, чтобы растормозить большое количество аффективных высказываний (ситуативных, аффективных воспоминаний, цитат из любимых раньше книг). Более сложной в этом случае была задача сохранения и поддержания речевой активности ребенка на определенном уровне не только в ситуации холдинга, но и в течение дня. Ребенок мог вновь замолкать на целые дни, и требовались недели, а иногда и месяцы для того, чтобы вывести речь на более стабильный уровень.

Дети, которые не пользовались речью до начала холдинг-терапии (восемь человек), нуждались в длительной работе (от двух месяцев до трех лет) по растормаживанию и закреплению в ежедневной речи отдельных слов и коротких высказываний, хотя аффективные высказывания и короткие восклицания появились на холдинге Достаточно быстро — после 2-15 занятий; холдинг-терапия, по нашим наблюдениям, оказала положительное влияние на родителей в тех семьях, где ее применяли не менее трех месяцев (тринадцать семей). Родители отмечали, что чувствуют себя более уверенно в отношениях с ребенком, лучше понижают его проблемы, желания. Одна мама написала в своем дневнике о том, что раньше они с сыном существовали как бы в параллельных плоскостях, а теперь эти плоскости начали кое-где пересекаться. Холдинг показал родителям, что у их ребенка есть и возможность, и стремление к контакту; помог почувствовать глубину тревоги, страха и эмоционального напряжения, которые испытывает ребенок; разобраться в том, чего ему не хочется, а что он сделать не может; когда он слушает и понимает, а когда «отключается»; ценное свойство холдинг-терапии  обнаружилось также в том, что она организует регулярную работу родителей с ребенком, постепенно вписываясь в режим дня. Дети быстро привыкают к определенным часам занятий, и, как отмечают многие родители, ребенок сам стал приходить в определенный час, садиться на руки и требовать, чтобы с ним занимались. Регулярность холдинг-терапии гарантирует стабильность развития ребенка. В тех семьях, где холдинг-терапия не прекращалась, у детей не было ни одного аффективного срыва, и все они (правда, каждый в своем темпе) продвигались в психическом развитии.


 ЧАСТЬ 3

Статья из книги:
Аутичный ребенок. Пути помощи
Никольская О.С., Баенская Е.Р
http://www.knigi-psychologia.com/product_info.php?products_id=126


Статья любезно предоставлена сайтом
Книги по психологии. Издательство “Генезис”

http://www.knigi-psychologia.com/

 

 


  • подписаться
  • распечатать
  • в избранное

 
 
Последние новости

ВХОД или регистрация


Забыли пароль?
Войти с помощью:
Выгоды от учетной
записи на UAUA.info

Вход или РЕГИСТРАЦИЯ

Нажимая “Зарегистрироваться”
вы соглашаетесь правилами пользования
Войти с помощью:
Выгоды от учетной
записи на UAUA.info
Ваш E-mail
указанный при регистрации
Назад
Выгоды от учетной
записи на UAUA.info